Когда пыль вокруг коронавируса уляжется, мир будет выглядеть иначе. Для Норвегии это подразумевает новые вызовы. Ни больше, ни меньше, мы окажемся на распутье в вопросе отношения к России. После распада СССР в 1991 году казалось, что для Европы открылось светлое будущее без силовых конфликтов и напряжения между соседями. Запад был полон уверенности в себе.
Западная капиталистическая система показала себя идеологически и материально превосходящей. Складывалось впечатление, что в новом веке у Запада будет четкая моральная цель, и что он будет использовать свою позицию, чтобы построить более спокойный мир, основанный на либеральных принципах и международном праве. Однако часть Европы оказалась в состоянии конфликта.
Последние годы мы пережили то, что отдалённо напоминает холодную войну. Как это вышло?
«Либеральная международная система» была построена на гегемонии. Идея заключалась в том, что мир зависит от либеральных ценностей, а эффективные либеральные ценности требовали западной гегемонии под американским руководством. Вся оппозиция была расценена как ревизионистская и угрожающая.
Важным последствием было то, что Россия была исключена из новой Европы, сформированной из развивающихся НАТО и Евросоюза. Старая разделительная линия в Европе была не устранена, а смещена на восток, в сторону России.
Ряд парадоксальных последствий
Понятие «европейская интеграция» подразумевает, что ряд стран, например, Сербия, Украина и Молдова, дистанцируются от России – крупнейшей европейской страны. Российские аргументы за объединенную Европу, включающую Россию, отклоняются, как попытки разделить Запад. Российские протесты против разделения Европы и бесконечных «гуманитарных вмешательств» воспринимаются как российские амбиции по возрождению СССР.
Выбор между гегемонией и безопасностью
В последние годы мощь США ослабела. В основном, это объясняется тем, что Китайский экономический прогресс соперничает с мощью США. Индия, страна Юго-Восточной Азии, вместе с более самоуверенной Россией и, особенно, Евросоюзом тоже претендует на то, чтобы с ней обходились как с равноценным деятелем.
Выбор для США стоит между сохранением глобальной гегемонии и, соответственно, мощи, или принятием многополярной системы, где мощь и влияние более равномерно разделены с другими развивающимися великими державами.
В течение последних лет США вышли из состава участников международных договоров о торговле, климате и разоружении, хоть ради этого и пришлось поплатиться гегемонией.
И противники, и союзники все чаще сталкиваются с санкциями. Американское общество поляризуется, и единственный вопрос, в котором есть единогласие — это то, что военная отрасль должна развиваться. Понятие «либеральная гегемония» теперь само по себе является парадоксом.
Русская мечта о Великой Европе сейчас заменена проектом для Великой Евразии в сотрудничестве с Китаем и другими странами Востока
Если провести историческую параллель, ситуация России и Китая во многом похожа на ситуацию, которую США создали в XIX веке. США не хотели подчиняться администрированию и начали развивать независимую индустрию, транспортные коридоры и независимый национальный банк.
Сегодня Китай сотрудничает с Россией и другими странами для того, чтобы наращивать высокие технологии, создавать новые транспортные коридоры, такие, как проект «Новый Шелковый путь» или коридоры в Арктике. Возможно, важнейшая часть этой работы – создание новых финансовых и валютных организаций, которые позволят странам быть менее зависимыми от доминирующего доллара и менее уязвимыми для санкций.
Где в этой вызывающей картине находится Норвегия?
Во время холодной войны Норвегия смогла поддержать баланс между тем, чтобы быть хорошим союзником и хорошим соседом. Это стало основой того, что Норвегия смогла проявить себя как государство мира.
С наилучшими намерениями в XX веке Норвегия стала крупным игроком в рамках либеральной гегемонии. В последние годы Норвегия предстает все больше как воинствующее государство. Поддержка бомбежек в Югославии, самое результативное государство-бомбардировщик в годы ливийской войны, бесконечная вовлеченность в военные действия на территории Афганистана, присутствие норвежских элитных войск на пограничной территории в Сирии, участие в конфликте в Мали? Общим для некоторых из этих обязательств является то, что они возникли тайно, без демократических дебатов.
Тем более не говорится вслух о норвежском вкладе в Украину, где избранный народом президент, который не нравился Западу, был свергнут в ходе государственного переворота.
Также замалчивается и то, что избранное народом национальное собрание Ирака проголосовало за то, чтобы американские, норвежские и другие союзнические силы немедленно покинули Ирак. Когда же Трамп пригрозил конфискацией иракских счетов из западных банков, союзнические военные силы остались в качестве оккупационной армии.
Правительство также недоговаривает то, что в последние десять лет Норвегия изменила военную политику и политику безопасности в северных областях и способствовала тому, чтобы быть более вовлеченной в военную стратегию США на севере.
На этой неделе впервые с 1980 годов американский военный корабль проплыл в Баренцевом море, являясь прямой угрозой российским системам ядерной безопасности, при этом Норвегия являлась линией развертывания действий.
Внешне кажется, что между Норвегией и Россией наилучшие отношения. Когда российский посол протестует, это истолковывается как типичная российская пропаганда, которую Норвегия не воспринимает всерьез.
Варианты развития событий после коронавируса
Мы не можем предусмотреть исход вызванного коронавирусом кризиса, но среди аналитиков возрастает единогласие в том, что доминирование США исчезнет. Смогут ли США предстать с тем же авторитетом и силой, как и перед кризисом?
Американские политики и СМИ указывают на то, что потребуется больше военных и экономических вложений, что бы поддержать то, что они до сих пор относятся к либеральному миропорядку.
Кризис, вызванный коронавирусом, должен дать нам новый взгляд на европейское сообщество. Вместо этого Россию обвиняют в пропаганде «разделяй и властвуй», когда в ответ на просьбу итальянского правительства Россия посылает врачей и оборудование. СМИ едва могли сдержать своё воодушевление, когда смертность от коронавируса в России возросла и выразили надежды на то, что в российском обществе может наступить кризис.
США просят своих союзников возложить вину за пандемию на Китай и утверждают, что китайцы должны за это заплатить. Норвегия поддерживала американскую гегемонию, но будем ли мы и сейчас поддерживать американские попытки восстановить утраченную гегемонию?
Гленн Дизен — профессор Университета юго-восточной Норвегии
Арне Трехолт — бывший журналист, политик, дипломат
Перевод с норвежского — Анастасия Берестянская
