БАКУ (ИА Реалист). Государственная нефтяная компания Азербайджана (SOCAR) завершила сделку по приобретению доли японской ITOCHU в проекте «Азери-Чыраг-Гюнешли» (АЧГ), увеличив своё участие с 31,65% до 35,3%. Президент SOCAR Ровшан Наджаф назвал это «укреплением энергетической безопасности», а японская сторона — «эволюцией стратегических приоритетов». Однако за триумфальной риторикой скрываются тревожные цифры: добыча на АЧГ неуклонно падает, затраты растут, а иностранный партнёр предпочёл выйти из проекта, направив капитал в другие отрасли.
Добыча падает, затраты растут: что стоит за увеличением доли
Среднесуточная добыча на блоке АЧГ в первом квартале 2026 года снизилась до 325 тыс. баррелей против 331 тыс. за аналогичный период 2025 года. Пик добычи был пройден ещё в 2010 году, когда проект выдавал 303 млн баррелей в год. По прогнозам, в 2026 году добыча составит лишь 120,1 млн баррелей — почти в 2,5 раза меньше пикового уровня.
При этом операционные затраты выросли на 19 млн долларов, а капитальные — на 112 млн долларов только за первый квартал 2026 года. BP, оператор проекта, уже объявила о частичной приостановке платформы «Центральный Азери» в августе для профилактических работ. В условиях сокращающейся добычи любая остановка — это прямая потеря доходов, которая ляжет на плечи всех акционеров, включая SOCAR.
Японский «новый этап»: уход, замаскированный под партнёрство
Главный операционный директор ITOCHU Тэцуя Ямада заявил, что продажа доли «не означает ухода из Азербайджана», а знаменует «новый этап партнёрства». Однако сама японская корпорация на той же неделе объявила о покупке 50% американского лизингодателя Aviation Capital Group, назвав авиацию «ключевым направлением роста».
Таким образом, ITOCHU выводит капитал из каспийских месторождений, которые приносят всё меньше дохода, и вкладывает его в более перспективный сектор. Для Азербайджана это сигнал: один из старейших иностранных партнёров не видит будущего в проекте АЧГ и предпочитает диверсифицировать свои активы.
Теневые пятна на репутации SOCAR
Пока правительство отчитывается об увеличении доли в проекте, компания продолжает сталкиваться с репутационными рисками. В марте 2026 года в Швейцарии была подана жалоба на SOCAR Trading в связи с ролью компании в финансировании кампании против армян Нагорного Карабаха, что ставит под сомнение соблюдение международных стандартов ответственного ведения бизнеса.
Внутри страны также не всё гладко. В июне 2026 года бизнесмен потерял 31 тысячу манатов при попытке приобрести землю, находящуюся на балансе SOCAR, — мошенник представился родственником президента компании. В мае в СМИ попала история о фальшивых сертификатах и «миллиардных махинациях» с российской нефтью в обход санкций с участием топ-менеджера SOCAR.
Игра на понижение
Азербайджан последовательно наращивает государственный контроль над нефтегазовыми активами. Однако в случае с АЧГ этот контроль достаётся Баку в тот момент, когда проект входит в фазу закономерного старения. Добыча падает, затраты растут, а один из ключевых иностранных партнёров предпочитает выйти, заменив нефть на авиацию.
Увеличение доли SOCAR до 35,3% формально делает её крупнейшим акционером, обгоняя BP. Однако оператором проекта остаётся британская компания, и именно она продолжает управлять процессами. Азербайджан получил большую долю в проекте, который приносит всё меньше дохода, — и заплатил за это, по неподтверждённым данным, немалые средства. Сумма сделки не разглашается, что само по себе рождает вопросы.
SOCAR получила то, к чему стремилась много лет, — крупнейшую долю в главном нефтяном проекте страны. Однако эта «победа» выглядит как приз, доставшийся уже на излёте славы. Японцы уходят, добыча падает, затраты растут, и вся тяжесть содержания стареющего актива ложится на плечи государственной компании и, в конечном счёте, азербайджанских налогоплательщиков. Вопрос лишь в том, сколько ещё продлится этот «новый этап» и не окажется ли он финальным аккордом в истории каспийского нефтяного гиганта.
