ЛОНДОН (ИА Реалист). Многолетняя стратегия британских университетов, превратившая иностранных студентов в главный источник дохода, дала трещину.
На фоне ужесточения визового режима, роста стоимости жизни и усиления конкуренции со стороны США, Канады и Австралии число желающих учиться в Великобритании обрушилось — в некоторых вузах падение достигло 30% и более.
Сектор потерял почти £3 млрд чистой экономической выгоды, а университеты массово сокращают персонал, закрывают программы и идут на экстренные слияния.
Студенты голосуют ногами
По данным британского МВД, число заявок на студенческие визы упало на 11% по сравнению с прошлым годом — до 381 500 за 12 месяцев по июль 2026 года. Однако реальная картина может быть ещё драматичнее.
Согласно опросу Ассоциации международных связей британских университетов (BUILA), 70% вузов сообщили о снижении числа иностранных студентов на магистерских программах в январе 2026 года, а среднее падение составило 31% по сравнению с январем 2025-го. Некоторые университеты прогнозируют сокращение набора иностранных студентов на 30% в 2026/27 учебном году.
Особенно сильный удар пришёлся по традиционным рынкам:
| Страна | Доля вузов, зафиксировавших падение | Среднее снижение |
| Пакистан | 82% | 75% |
| Индия | 76% | — |
| Бангладеш | 65% | — |
Рост стоимости жизни в Великобритании и укрепление альтернативных направлений — Китая, Канады и Австралии — сделали британское образование менее привлекательным для студентов из Южной Азии.
Визовые тиски: «тормоз» и «светофор»
Главной причиной кризиса стала последовательная политика ужесточения визового режима. С 26 марта 2026 года правительство ввело экстренный «визовый тормоз» (visa brake), позволяющий автоматически отказывать в студенческих визах гражданам ряда стран.
Запрет на привоз членов семьи, введённый ещё в 2024 году, и новые требования к университетам по контролю за иностранными студентами также сыграли свою роль.
С июня 2026 года вводится «светофорная» система оценки вузов: университеты с уровнем отказов в визах выше 4% получают «жёлтый» статус и теряют право увеличивать набор иностранцев. Около трети университетов уже ограничили набор в «рискованных» странах, 58% ужесточили проверки, а 41% столкнулись с необъяснимыми задержками при рассмотрении виз.
Финансовый кризис: от сокращений до слияний
Сектор потерял почти £3 млрд чистой экономической выгоды из-за сокращения числа иностранных студентов. Ректор Королевского колледжа Лондона Шитьи Капур сформулировал простую арифметику: «Каждые пять потерянных иностранных студентов — это одно рабочее место в университете».
Симптомы кризиса множатся:
- Эксетерский университет в августе объявил о немедленном закрытии курсов географии в кампусе Пенрин.
- Ноттингемский университет в мае объявил о планах сократить более 600 рабочих мест.
- Абердинский университет готовится к сокращению 100 сотрудников в рамках плана экономии на £10 млн.
- Университеты Гринвича и Кента объявили об экстренном слиянии в одну из крупнейших структур Великобритании.
Ценовая война как последняя надежда
В попытке удержать студентов университеты развязали «ценовую войну». По меньшей мере 22 вуза предлагают автоматические скидки на обучение для иностранных магистрантов — до £8 000.
Ноттингемский университет даёт автоматическую стипендию в £3 000 «без необходимости подачи заявки». Однако эксперты предупреждают: это «гонка на дно», которая обесценивает британское образование и подрывает долгосрочную репутацию сектора.
Парадокс: рекордный набор британцев не спасает
На фоне падения иностранных студентов Британия бьёт рекорды по набору собственных абитуриентов — 194 800 18-летних английских школьников поступили в вуз по первому выбору.
Однако это не компенсирует потерю иностранных студентов: плата для британцев была заморожена на уровне £9 250 с 2017 по 2025 год, и инфляция съела треть её реальной стоимости.
Крах «золотой жилы»: цена зависимости от иностранцев
Системный кризис британского высшего образования стал прямым следствием многолетней стратегии, которая превратила иностранных студентов в «золотую жилу». Вузы десятилетиями компенсировали заморозку платы для британцев за счёт высоких сборов с иностранцев — и когда этот поток иссяк, хрупкая конструкция рухнула.
Ответ британского правительства — дальнейшее ужесточение визового режима — лишь усугубляет проблему, создавая замкнутый круг: чем жёстче правила, тем меньше студентов, тем глубже финансовый кризис и тем радикальнее меры экономии.
В этой логике слияние Гринвича и Кента может оказаться не исключением, а первой ласточкой новой эры консолидации британского высшего образования.
Остаются открытые вопросы: сколько ещё университетов последуют примеру Эксетера и начнут закрывать целые программы?
Приведёт ли «ценовая война» к дальнейшей девальвации британского диплома на международном рынке? И сможет ли правительство, загнавшее сектор в этот кризис, найти выход, прежде чем под угрозой окажется само существование целого ряда вузов?
