Сторонние наблюдатели часто недооценивают роль организационного начала в политике, отдавая пальму первенства идеологии. Между тем люди, занимающиеся политикой профессионально, знают, что идея без грамотного организационного оформления обычно оказывается бесполезной. Так что оценивать надо не только месседжи, но и то, какими средствами их доставки обладает та или иная политическая сила.
Успешное выступление «Новых людей» на последних выборах связано не только с удачным попаданием в запрос на обновление и ростом популярности правой идеи. У партии есть еще один жирный плюс. Это так называемые «сетевики». Все знают, что лидер партии Нечаев является создателем и собственником Фаберлика, но мало кто задумывается о том, что Фаберлик – это компания сетевого маркетинга и с ней в регионах сотрудничают десятки тысяч людей.
Я обратил на это внимание, когда разбирался с воронежской историей. Пытался понять, почему вдруг список «Новых людей» не допустили до выборов ни в городской совет, ни в облдуму. Я тогда общался с партийным технологом и обсуждал с ним, как, какими силами и за какой срок они собрали подписи. Тогда я и услышал заветное слово «Фаберлик». Потом было общение с одним из технологов, работавших в Новосибирске. Там – та же самая история.
В общем, насколько я успел понять, во многих местах сети сборщиков подписей, агитаторов, а затем и наблюдателей в значительной степени были сформированы за счет фаберликовцев. Тот из них, кто хотел, занимался этим сам, кто не хотел – предлагал желающих из числа своих клиентов. Надо понимать, что сетевики – хорошие коммуникаторы. У каждого из них есть собственная наработанная база лояльных контактов – от нескольких десятков до нескольких сотен людей. В общем и целом, это прямой выход на очень приличную аудиторию, причем в обход традиционных механизмов политической коммуникации.
По словам моих визави, фаберликовцы действительно хорошо относятся к партии, она для них если и не сказать «родная», то, во всяком случае, точно не чужая. Здесь стоит отметить, что в целом, никакой особой эмоциональной привязанности работников к работодателям в России не существует. Первые, как правило, не любят вторых. Заставить сотрудников реально участвовать в политических проектах начальства далеко не так просто, как принято думать. Во многих случаях это вообще нереально. Любой профессионал легко приведет вам с десяток-другой примеров гендиректоров и бизнесменов, которые до конца были уверены, что голоса их сотрудников у них в кармане, и проигрывали выборы.
Компании сетевого маркетинга являются в этом смысле приятным исключением. Вопросам создания в своих коллективах атмосферы взаимопонимания, партнерства и даже братства они уделяют особое внимание. Регулярные совместные мероприятия, публичное поощрение отличившихся, тренинги личностного роста для сотрудников и т.д. являются там стандартной практикой. Модный ныне тимбилдинг сетевики начали практиковать задолго до того, как о нем узнали все остальные. Думаю, не будет большим преувеличением сказать, что корни любимой кремлевской игрушки – школы прыгающих со скалы и бросающихся под танки губернаторов – нужно тоже искать в наработках компаний, занимающихся multi-level marketing.
В этой связи стоит сказать вот что. К настоящему моменту более-менее работающая региональная сеть есть только у двух партий в стране. Это «Единая Россия» и КПРФ. Первая опирается исключительно на администрации и подконтрольные им бюджетные организации; у вторых есть не очень многочисленный, но достаточно бойкий актив – люди, искренне верящие в идеалы социализма и готовые за них бороться. Есть еще Навальный – активистов в его региональных штабах тоже немного, но они сплочены и деятельны – их объединяет ненависть к правящему режиму. Все остальные партии присутствуют в регионах исключительно номинально, ни на какие самостоятельные действия их территориальные подразделения не способны.
Фаберликовские людские резервы дают нечаевцам шанс стать четвертой политической силой, крепко стоящей на земле – если и не на постоянной основе, то по крайней мере в рамках конкретных избирательных кампаний. В американской политической традиции это называется grassroots – опора на реальный низовой актив.
Как я и написал, партийные технологи уже начали использовать сетевиков в кампании. Пока это делается скорее по наитию, интуитивно и децентрализованно. По итогам ЕДГ этот опыт надо собрать воедино, систематизировать и осмыслить. Надо померить настроения этих людей, найти общие волнующие их проблемы и включить те в общепартийный месседж. Фаберликовцев обязательно надо намагничивать, для них необходимо нащупать оптимальное сочетание материальных и моральных стимулов – ну а затем сформировать стратегию их наиболее эффективного использования на думских выборах.
