МОСКВА (ИА Реалист). На президентских выборах в Чили и Колумбии соперничали кандидаты с отчетливой левой и правой идентичностями. Победили левые, но и правые получили немало, отметил Алексей Макаркин, аналитик Центра политических технологий им. Игоря Бунина, выделив некоторые тенденции латиноамериканской политики.
«Провал политического центра. На президентских выборах в Чили и Колумбии соперничали кандидаты с отчетливой левой и правой идентичностями. Победили левые, но и правые получили немало (во втором туре в Чили — 44%, в Колумбии — 47%). В Чили кандидат от коалиции, представляющей центристские партии (в том числе доминировавших в политической жизни в 90-е и нулевые годы христианских демократов и социалистов), получила в первом туре лишь 11% (пятое место)», — пояснил эксперт.
По его мнению, правые вдохновлены примерами Дональда Трампа и Жаира Болсонару:
«Стремятся развить успех, делая ставку на значительную часть среднего класса, который хочет порядка. От более активной борьбы с преступностью до защиты традиционных морально-нравственных ценностей. В условиях поляризации правоцентристы выглядят для этих избирателей слишком умеренными и компромиссными, как и умеренные республиканцы, проигравшие Трампу в 2016 году».
Макаркин подчеркивает, что многие левые избиратели не верят в способность левоцентристов осуществить перемены.
«Отсюда рост поддержки ярко выраженных идеологических левых политиков, которые, в свою очередь, апеллируют к понятию справедливости, традиционному для своей целевой аудитории. Однако, в отличие от «чавесистов», они декларируют отказ от авторитарных тенденций, «каудильизма». Нынешние левые — защитники не только малоимущих, но и прав человека, и экологии. В отношении элит они позиционируют себя как реформаторы, а не революционеры», — добавил он.
Аналитик отметил, что в Соединенных Штатах отношение к латиноамериканским переменам носит противоречивый характер:
«Колумбия — ключевой союзник США в регионе, и предстоящее потепление отношений между Колумбией и Венесуэлой воспринимается в Вашингтоне негативно. В то же время есть различия. Если для многих республиканцев нынешние левые — это опасные коммунисты, — то демократическая администрация стремится выстраивать отношения с победителями, не желая отталкивать их в сторону Китая. Сходные процессы, кстати, были в 1960-е годы, когда республиканцы однозначно ставили на «сильную руку» из числа военных, а демократы договаривались с умеренными реформаторами в рамках программы Джона Кеннеди «Союз ради прогресса».
Аналитик Центра политических технологий полагает, что для России наиболее удобные партнеры — «чавесисты» с их идеологическим антиамериканизмом и авторитарными тенденциями, поскольку с нынешними левыми будет сложнее с учетом расхождения повесток.
