МОСКВА (ИА Реалист). Пока мировые СМИ сосредоточены на гонке искусственного интеллекта и эскалации на Ближнем Востоке, за кулисами разворачивается не менее ожесточённая битва — за контроль над критически важными полезными ископаемыми.
Литий, кобальт, никель, редкоземельные элементы, графит и другие минералы стали фундаментом, на котором строится не только «зелёный переход», но и обороноспособность, микроэлектроника и искусственный интеллект.
Как отмечает ODI, в 2026 году конкуренция за эти ресурсы «продолжает менять ландшафт геополитических рисков, промышленной политики и национальной безопасности».
Китайский «ключ»: 70% добычи и 90% переработки
Китай десятилетиями выстраивал доминирование в этой сфере. По данным Africa Center for Strategic Studies, Пекин сегодня контролирует более половины мирового производства критических минералов, включая 70% редкоземельных элементов и оценочно 87% всех перерабатывающих и рафинировочных мощностей.
В 2024 году китайские компании заключили не менее десяти сделок по приобретению минеральных активов на сумму свыше $100 млн каждая, а в 2025 году продолжили наращивать расходы, скупая рудники и заводы в Южной Америке и Африке.
По данным ОЭСР, только на Китай приходится около 70% мирового производства редкоземельных элементов и графита, а также более 90% германия и магния. Концентрация производства настолько высока, что топ-3 страны по каждому из ключевых минералов обеспечивают от двух третей до почти 90% глобального предложения.
Китай неоднократно демонстрировал готовность использовать это преимущество как рычаг давления. В 2024 году в ответ на торговые пошлины Пекин перекрыл поставки редкоземельных элементов американским производителям.
В декабре 2024 года Китай ввёл запрет на экспорт германия, галлия и сурьмы — минералов, широко используемых в военном производстве. Позже в список ограничений были добавлены ещё пять элементов.
США: «Проект Vault» и Pax Silica
Администрация Трампа сделала критически важные минералы одним из приоритетов национальной безопасности. В феврале 2026 года был запущен «Проект Vault» — инициатива по созданию стратегического резерва критических минералов объёмом $12 млрд через государственно-частное партнёрство. В проекте участвуют General Motors, Stellantis, Boeing, GE Vernova и Google.
На дипломатическом фронте госсекретарь Марко Рубио в феврале 2026 года провёл в Вашингтоне Critical Minerals Ministerial с участием 55 делегаций — крупнейшее мероприятие такого рода в истории Госдепартамента.
Было объявлено о $30 млрд финансирования и запуске FORGE (Forum on Resource Geostrategic Engagement) — преференциального торгового блока, призванного создать эксклюзивный рынок критических минералов среди союзников США.
Соединённые Штаты заключили более 28 двусторонних соглашений по критическим минералам с партнёрами, включая Австралию, Демократическую Республику Конго, Японию, Малайзию, Таиланд и Украину.
Как заявил помощник госсекретаря Калеб Орр на слушаниях в Конгрессе 15 июля: «Это гонка, которую Америка должна выиграть. Второе место — это провал. Мы должны быть первыми по отношению к Китаю».
Европейский союз: от зависимости к автономии
Евросоюз оказался в уязвимом положении. По данным Европейской счётной палаты, зависимость ЕС от Китая по ряду критических минералов превышает 90%. Китай поставляет ЕС 97% магния и 71% галлия, а также 96% графита и 91% редкоземельных элементов.
В ответ Брюссель запускает Европейский центр критического сырья, который будет заниматься мониторингом, совместными закупками для государств-членов и созданием стратегических запасов.
В рамках RESourceEU Action Plan начато беспрецедентное накопление запасов критических минералов. Как отмечает аналитический центр Flossbach von Storch, «доминирование Китая в переработке создаёт зависимости, и хотя Закон ЕС о критическом сырье укрепляет устойчивость, он не устраняет риски безопасности».
24 апреля 2026 года США и ЕС подписали двустороннее соглашение о создании устойчивого партнёрства в сфере критических минералов.
G7 и «декитаизация»: раскол глобальных цепочек поставок
Июньский саммит G7 во французском Эвиан-ле-Бене принял самое жёсткое на сегодняшний день совместное заявление по ограничению минеральных цепочек поставок. С 2023 года «Большая семёрка» системно продвигает «декитаизацию» критических минералов, стремясь построить эксклюзивную западную систему поставок.
Как отмечается в анализе, это «напрямую ломает систему глобального разделения труда, сложившуюся за последние тридцать лет», создавая две параллельные системы — под эгидой G7 и традиционную глобальную.
Мотивы G7 тройственны: геополитические (сдерживание Китая), экономические (защита промышленного превосходства) и регуляторные (захват контроля над международными правилами).
Риски и последствия: гонка на истощение
Эксперты предупреждают: гонка за минералами может иметь непредвиденные последствия. Согласно исследованию, глобальное накопление запасов критических минералов может увеличить риски для цепочек поставок, а не снизить их. Перемирие между США и Китаем по редкоземельным элементам истекает в ноябре 2026 года, и, как отмечается в отчёте, «окно для координации до следующего шока поставок закрывается».
По данным ЮНКТАД, к 2040 году спрос на литий вырастет на 353% , а на графит — более чем на 130%. Как заявил на июльском заседании ООН заместитель Генерального секретаря, критические минералы — это «строительные блоки для электромобилей, ветряных турбин, солнечных панелей и аккумуляторов, которые обеспечат будущее чистой энергетики».
Однако без надлежащего управления растущий спрос рискует увековечить сырьевую зависимость, обострить геополитическую напряжённость и усугубить экологические и социальные проблемы.
Критические минералы стали «новой нефтью» XXI века. Они находятся на пересечении промышленной политики, «зелёной» энергетики и национальной безопасности. Западные страны активизировали усилия по созданию независимых цепочек поставок, однако Китай сохраняет огромное преимущество, накопленное за десятилетия.
Вопрос остаётся открытым: сможет ли Запад догнать Китай в гонке за ресурсами, или же Пекин укрепит свои позиции «привратника» мировой экономики, контролируя доступ к сырью, без которого невозможны ни электромобиль, ни смартфон, ни ракета?
