ЭНГЛВУД (ИА Реалист). Liberty Media Corporation (LMC) — крупный американский холдинг, базирующийся в Инглвуде (штат Колорадо, США), владеющий управляющей компанией чемпионата «Формула-1», радиокомпанией Sirius XM и бейсбольным клубом «Атланта Брэйвз». Кроме того, LMC владеет 86% акций компании Dorna Sports, которой принадлежат права на MotoGP и ее дочерние серии Moto2, Moto3 и MotoE, а также на чемпионат мира по Супербайку (WBSK).
Но как LMC удалось стать одной из самых дорогих спортивных империй в мире?
Как пишет CNBC, все произошло благодаря основателю компании и председателю совета директоров Джону Мэлоуну.
История компании начинается, по сути, с 1973 года, когда Мэлоун был назначен генеральным директором убыточного оператора кабельного телевидения Tele-Communications Inc (TCI). Под руководством Мэлоуна TCI не только вышла из зоны убыточности, но и начала активно приобретать доли в компания по производству телепрограмм и фильмов, таких как, к примеру, Discovery Channel, American Movie Classics и Turner Broadcasting.
В 1991 году под давлением антимонопольного управления TCI выделила часть своих активов в отдельную компанию — Liberty Media. Правда, впоследствии Liberty Media вновь слилась с материнской компанией.
Но в 2000 году была проведена реорганизация холдинга, в результате которой было создано четыре новых компаний, в том числе и Liberty Media.
В конце 2016 года Liberty Media приобрела Formula One Group за $4,4 млрд.
Когда в 2020 году начался всемирный карантин и спортивные болельщики стали чаще посещать интернет-ресурсы, у Liberty Media появилась возможность реализовать замысел основателя Джона Мэлоуна.
«Есть возможность вывести Формулу-1 на новый уровень. Существует нетронутый цифровой рынок, на котором Формула-1 пока только начала работать», — заявлял Мэлоун журналистам еще в 2016 году.
И когда начались карантины, LMC решили воспользоваться этой идеей. Но сначала компании пришлось взять под свой контроль все финансы этого чемпионата мира по кольцевым автогонкам.
«Если посмотреть на ситуацию до пандемии COVID-19, то это была сложная ситуация, близкая к банкротству», — сказал Фред Вассер, руководитель команды Scuderia Ferrari HP, одной из трех команд, тратящих более 400 миллионов долларов за сезон, чтобы оставаться в борьбе за Кубок конструкторов.
Это не только выбило из списка участников, таких как Honda, но и создало огромную разницу на стартовой решетке. В то время как три лучшие команды — Ferrari, Red Bull и Mercedes AMG — тратили больше всех остальных, они также получали непропорционально большие телевизионные права и призовые деньги, заставляя остальных тратить их на финансирование.
Поскольку некоторые команды оказались на грани финансового краха, Liberty решила сократить структуру Формулы-1.
«Бонусы наследия» для самых старых команд были ограничены, и было разработано более справедливое распределение трансляций. Имея под контролем финансирование, они наметили планы по ограничению расходов.
«Теперь у нас действует ограничение расходов. Это гораздо меньшие расходы, чем раньше, что позволило всем 10 командам играть битами одинакового размера», — заявил генеральный директор McLaren Racing Зак Браун в программе Inside Track на канале CNBC.
Выравнивание возможностей создало более захватывающие сюжетные линии, которые с удовольствием принялся экранизировать Netflix, выпустив документальный сериал «Drive to Survive» (Формула 1: гонка ради выживания).
Когда мир вошел в карантин из-за COVID, Netflix выпустил второй сезон популярного шоу, познакомив легионы новых поклонников со спортом, который определяется скорее личностями и драмой, чем возней за гаражными дверями.
«Раньше я думал, что это самое важное, что произошло в автоспорте за 40 лет, теперь я думаю, что это самое важное, что произошло в спорте за 40 лет», — говорит управляющий директор гоночной трассы Сильверстоун Стюарт Прингл.
Однако «эффект Netflix» был лишь частью «неосвоенного цифрового рынка», который представлял себе Мэлоун: фанаты следили за создателями Формулы-1 в Интернете и участвовали в гонках по виртуальным трассам в официальной видеоигре франшизы.
Осознавая стратегическую важность этих каналов, Liberty вложила значительные средства в цифровую экосистему Формулы-1.
«Нам нужны были новые типы корпоративных партнеров в спорте», — сказал Браун. «Google, Coca-Cola, Dell, которые исторически не были в этом виде спорта».
Однако, чтобы привлечь их, «Формуле-1» понадобится нечто большее, чем просто цифровая фан-база.
После ослабления пандемии Liberty начала активно инвестировать в США, добавив Гран-при Майами в календарь 2022 года и доведя общее число американских гонок до двух (наряду с гонкой в Остине).
Но чтобы покорить Америку, F1 требовалось зрелище, и Гран-при Лас-Вегаса 2023 года могло его предоставить. Гоночный уик-энд, стоимость которого, как сообщается, составила $600 млн , привлек в город 315 тыс. посетителей, создав затор из частных самолетов в аэропортах города.
«Причина, по которой мы инвестировали в Вегас, заключалась в том, что мы сразу поняли потенциал американского рынка», — рассказал CNBC генеральный директор Формулы-1 Стефано Доменикали.
Стратегия окупилась. Спонсорские сделки удвоились в цене после Гран-при Вегаса, так как гигантские американские компании хлынули в этот вид спорта.
Крупные сделки с такими брендами, как American Express, помогли повысить популярность этого вида спорта по всему миру.
С тех пор как Liberty Media приобрела F1 в 2017 году, стоимость Формулы-1 удвоилась с $8 млрд (включая долги) до примерно $17 млрд в 2023 году .
