Активное участие курдских ополченцев в борьбе с силами международного терроризма в лице «Исламского государства» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) привлекло внимание мирового сообщества к курдскому народу. В последнее время кто только не обсуждает курдскую проблему и сводит ее, как правило, к необходимости создания курдского государства в границах так называемого Этнического Курдистана. Действительно, проживающий в основном на Ближнем Востоке 40-миллионный курдский народ с его тысячелетней историей пока не имеет своей государственности.
Есть курдские общины и в странах ЕС, СНГ, других государствах. Большая часть курдов на своих исконных землях оказалась искусственно разделенной по итогам Первой мировой войны, когда на развалинах Османской империи колонизаторами создавались новые государства (Турция, Ирак и Сирия). Власти этих новых стран изначально взяли курс на дискриминацию и ассимиляцию своих курдских меньшинств. Попытка создать курдскую автономную республику в Иране в 1946 году также была жестоко подавлена шахским режимом.
Следует заметить, что курды — не единственный народ на планете, который оказался без своего государства. Государств и стран в мире всего около 200, а народов — до 4 тысяч. К наиболее многочисленным народам без государства относятся: индийские сикхи, цыгане, китайские тибетцы, уйгуры, палестинцы, каталонцы, баски и другие. Справедливости ради можно заметить, что и великий русский народ не имеет своей государственности. В рамках современной Российской Федерации есть различные национальные республики, округа, даже Еврейская автономная область, но, как таковой, Русской республики не создано. Все субъекты федерации, где проживают русские, являются лишь разрозненными областями и краями, где, наряду с русскими, проживают и другие этнические группы и народности.
Тенденция к глобализации всех мировых процессов и массовая миграция народов привела к тому, что чистых или однородных по своему национальному составу государств и стран становится все меньше. Казалось бы, созданное в 1948 году Государство Израиль задумывалось как чисто еврейское государство. Однако уже сейчас примерно четверть населения этой страны составляют арабы, армяне и другие нацменьшинства. Тенденция к тому, что число еврейского населения в Израиле в процентном отношении будет и дальше сокращаться, носит устойчивый характер.
Среди современных политиков и экспертов есть как сторонники восстановления исторической справедливости в отношении курдов, так и противники создания курдского государства. Последние считают, что создание Великого Курдистана развалит сразу несколько существующих ныне государств и дестабилизирует общую ситуацию на Ближнем Востоке. К сожалению, среди последних оказались российские чиновники МИДа и других ведомств.
Хотелось бы успокоить всех сторонников сохранения так называемых «несостоявшихся государств» типа Ирака и Сирии или претендующих на роль мононациональных или моноконфессиональных региональных держав Турции и Ирана. Эти государства разрушает изнутри не курдское национальное движение, а авантюризм и преступная, по отношению к своему населению, политика центральных властей в Багдаде, Дамаске, Анкаре и Тегеране. Напрасно звучат из этих столиц обвинения курдов в сепаратизме, а тем более – в терроризме. Именно благодаря курдам удалось справиться с джихадизмом и терроризмом в Ираке и Сирии и они являются тем самым связующим звеном, который позволяет удерживать от новых гражданских войн арабов-шиитов и арабов-суннитов в Ираке и, соответственно, арабов-суннитов и арабов-алавитов в Сирии.
Что касается дальнейших планов и устремлений курдов, то на уровне вековой мечты или национальной идеи никто из них никогда не откажется от права и возможности жить в своем национальном и суверенном государстве. Однако на практике — проект Великого Курдистана рождался лишь в кабинетах Госдепартамента США или в воспаленных мозгах отдельных псевдоученых, ими же рисовались даже какие-то карты с границами Государства Курдистан.
Сами курды пока этот мифический проект даже не обсуждают. Дело в том, что сегодня нет общекурдской партии или политической организации, нет и общего лидера. В каждой из стран, где курды проживают компактно, они борются за равные права и свободы с титульными нациями (турками, арабами, персами). Наибольших успехов в этом направлении добились иракские курды, которые завоевали право на статус расширенной автономии или даже субъекта федерации. Сейчас они решают задачи по сплочению основных политических сил региона (ДПК, ПСК, Горран), пытаются добиться от Багдада выполнения статьи 140 конституции по так называемым «спорным территориям», принятия нового закона по нефти и газу, справедливого обеспечения курдского региона и бригад «пешмерга» финансами из госбюджета. Недавно лидер иракских курдов Масуд Барзани подтвердил, что выраженное на референдуме желание подавляющего большинства населения Иракского Курдистана создать свое независимое государство вовсе не означает немедленного воплощения в жизнь этого волеизъявления. Как он подчеркнул, реализацию итогов референдума могут осуществить дети или даже внуки нынешних курдских политиков.
Некоторые «горячие головы» попытались обвинить курдского лидера в отходе от курса на независимость Иракского Курдистана. На самом деле, М. Барзани твердо следует заветам своего героического отца — Мустафы Барзани. Он понимает, что поспешный выход региона из Ирака может привести к потере курдами завоеванных в предыдущие годы с таким трудом и жертвами прав и свобод. Пока еще внутри курдской политической элиты и общества в Эрбиле и Сулеймании нет единого мнения о том, как дальше строить отношения региона с Багдадом. Лидеры ПСК и Горран остаются на соглашательских позициях и не поддерживают итогов референдума. Поэтому поспешное объявление независимости ИК может вызвать раскол самого курдского региона на две части: провинции Эрбиль и Дахук, безусловно, поддержат решение Барзани, а Сулеймания и Халабджа могут остаться в Ираке. К тому же, за границами курдского государства могут остаться провинция Киркук и другие «спорные территории», где исторически проживают курды.
Не менее опасным станет и реакция внешнего окружения. Власти в Багдаде, Тегеране, Анкаре и Дамаске единым фронтом могут выступить против Иракского Курдистана, и он окажется в политической и экономической изоляции или даже блокаде в регионе. При этом не исключены военные интервенции или провокации со стороны всех этих сопредельных государств. Их правители панически боятся примера создания курдского государства в любой из частей Этнического Курдистана, опасаясь утратить контроль и за своими курдскими анклавами. Признать и поддержать открыто Курдистан вряд ли решится какое-либо иностранное государство, за исключением может быть Израиля. Но у него нет общей границы с курдским регионом Ирака.
Говорить же о независимости курдских районов Турции, Ирана и Сирии пока вообще преждевременно.
Отбывающий пожизненное тюремное заключение лидер турецкой РПК Абдулла Оджалан давно уже снял лозунг создания курдского государства, большая часть функционеров РПК – этнические турки, парламентская прокурдская Партия демократии народов (ПДН) защищает права курдов с легальных позиций в Меджлисе. Курды довольно тесно интегрированы в турецкое общество, и в курдских районах Турции Реджеп Эрдоган и правящая партия — ПСР пользуются большей поддержкой, чем в турецких районах.
Сирийские курды создали на северо-востоке страны свой автономный район «Рожава» и выражают готовность сотрудничать с любыми властями в Дамаске при условии гарантий их национальных прав и свобод в новой конституции. Они так же, как и иракские курды, пока еще не достигли внутриполитического единства между своими ведущими политическими силами: ПДС и КНС, что мешает им выступать единым фронтом на переговорах с Дамаском.
Иранские курды выступают за ускоренное социально-экономическое развитие своего региона и прекращение репрессий центральных властей против курдских политических партий и общественных организаций. Таким образом, на сегодня проекта Великого Курдистана на деле не существует. Этим жупелом или мифом умело пользуются враги курдского народа в лице ряда правителей стран Ближнего Востока, чтобы и дальше подавлять курдское национальное движение и продолжать политику дискриминации и ассимиляции курдских меньшинств.
Станислав Иванов — кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, специально для ИА «Реалист»
