ВАШИНГТОН (ИА Реалист). Президент Дональд Трамп оказался в стратегической ловушке собственного изготовления. Пять месяцев назад он обещал, что война с Ираном станет короткой «военной прогулкой».
Однако конфликт затянулся, цели остались недостигнутыми, а каждый новый шаг лишь сужает пространство для манёвра и ухудшает и без того безрадостные перспективы.
Согласно CNN, «на каждой развилке на иранском направлении выбор Трампа становится только хуже».
Стратегическая ловушка: как война стала «бесконечной»
Трамп начал полномасштабные боевые операции 28 февраля с двумя чёткими целями: положить конец ядерной программе Ирана и добиться смены режима в Тегеране. Пять месяцев спустя обе цели остаются практически невыполненными.
Вместо быстрой победы Трамп получил затяжной конфликт, который, по словам его помощников, вызывает у президента «глубочайшее разочарование» и делает его поведение «ещё более непредсказуемым, даже по меркам Трампа».
Как пишет The New York Times, президент «обнаружил пределы своей власти, о которых он едва ли мог догадываться, начиная боевые действия».
Июньский меморандум о взаимопонимании, который должен был привести к долгосрочному урегулированию, продержался менее месяца. Уже 8 июля Трамп объявил перемирие «законченным», возобновив бомбардировки.
За 13 ночей авиаударов подряд США и Иран обменялись ударами, а конфликт вышел за пределы Ормузского пролива, распространившись на Красное море.
Три пути — и все в никуда
Как отмечает The Wall Street Journal, перед Трампом сегодня стоят три основных варианта, и каждый из них — «неприемлем»:
1. Военная эскалация
Трамп может расширить военную кампанию, нанеся удары по иранской транспортной инфраструктуре, электростанциям и энергетическим объектам. Он неоднократно угрожал захватить остров Харг — нефтяной терминал Ирана — или нанести удар по подземному ядерному объекту на горе Пикакс.
Однако такой шаг чреват катастрофическими последствиями:
- Истощение арсеналов. Генерал Дэн Кейн, председатель Объединённого комитета начальников штабов, предупредил Трампа, что дальнейшая эскалация может опасно истощить запасы перехватчиков Patriot и других боеприпасов на Ближнем Востоке.
- Массовые жертвы среди мирного населения. Удары по гражданской инфраструктуре неизбежно приведут к гуманитарной катастрофе.
- Риск региональной войны. Иран пригрозил, что любое расширение американских ударов может спровоцировать более широкий региональный конфликт.
При этом даже сторонники жёсткой линии в администрации сомневаются, что эскалация сломит иранское руководство. Нынешние лидеры Ирана, как отмечает The New York Times, «гораздо более готовы выдерживать конфликт с Соединёнными Штатами, невзирая на издержки для собственной страны, чем любой американский президент».
2. Экономическое удушение
Трамп может ужесточить санкции и сохранить морскую блокаду иранских портов, которая остаётся в силе, несмотря на паузу в авиаударах. Однако эта стратегия уже используется годами — и не принесла результата.
Как пишет The Boston Globe, Трамп предсказывал экономический коллапс Ирана с 2018 года, когда вышел из ядерной сделки. «Восемь лет спустя режим жив, под новым лидером, который может оказаться ещё более жёстким».
3. Объявление победы и выход
Третий вариант — просто объявить о победе и выйти из конфликта. Однако это означало бы признание того, что ни одна из первоначальных целей не достигнута.
Такой шаг нанёс бы сокрушительный удар по репутации Трампа и вызвал бы яростную критику со стороны республиканских «ястребов».
Цена войны: убитые, раненые и пустеющие арсеналы
С начала войны погибли 18 американских военнослужащих, более 600 получили ранения. За последние две недели потери возросли: атаки на американскую базу в Иордании унесли жизни четырёх военнослужащих.
При этом Пентагон уже столкнулся с нехваткой критически важных боеприпасов. Как пишет The New York Times, администрация отложила планы масштабной эскалации из-за опасений, что война «опасно истощит и без того сократившиеся запасы перехватчиков Patriot на Ближнем Востоке».
Политический тупик: рейтинги падают, выборы приближаются
Война становится всё более непопулярной внутри США. Рост цен на нефть и бензин — Brent на прошлой неделе кратко превышал $100 за баррель — создаёт дополнительное политическое давление на администрацию.
Как отмечает CNN, «всё это происходит на фоне приближающихся промежуточных выборов в ноябре, на которых республиканцы Трампа уже сталкиваются с серьёзными трудностями».
The Wall Street Journal цитирует слова неназванного чиновника администрации: «Президент считает, что Иран понимает только язык силы, и находится в «режиме мести» против Тегерана». Однако эмоциональная реакция на войну, как отмечают обозреватели, лишь ухудшает положение: «неспособность сместить геополитические ориентиры войны превращает риторику Трампа в инструмент для внутренней аудитории, а не для Тегерана».
Разорванные сделки и хаос в Белом доме
Фрустрация Трампа, по данным The New York Times и The Wall Street Journal, выплёскивается за пределы иранского досье. За одну неделю президент:
- аннулировал ядерную сделку с Саудовской Аравией через 24 часа после её подписания, чем «оттолкнул саудовцев, восхитил Нетаньяху и дал Ирану аргументы против заключения любых соглашений с США»;
- разорвал соглашение о строительстве моста с Канадой и ввёл 50-процентные пошлины на канадские товары;
- отказался подписывать жилищный закон, которого добивались собственные республиканцы.
Как заметил бывший американский дипломат Аарон Дэвид Миллер: «Трамп сделал из соглашений «дурацкую затею», которая обречена на провал».
27 июля США и Иран сохраняют паузу в ударах третью ночь подряд. Однако, как заявил посол США при ООН Майк Уолтц, американские силы остаются «взведёнными и готовыми» к новой эскалации. Иран, в свою очередь, не даёт сигналов о готовности уступить по главному требованию — контролю над судоходством в Ормузском проливе.
Как иронично замечает CNN, «Трамп пытается создать пространство для манёвра против Тегерана. Но все его стратегии, похоже, лишь оставляют ему меньше пространства и худшие варианты выбора».
Вопрос в том, сможет ли президент США найти выход из стратегического тупика, в который сам себя загнал, или война, которую он обещал завершить за «несколько недель», станет главным политическим проклятием его второго срока.
