ВАШИНГТОН (ИА Реалист). Республиканская партия США столкнулась с системным кризисом в двух сенатских гонках, которые ещё несколько месяцев назад считались ключом к удержанию большинства.
Северная Каролина и Джорджия — штаты, которые Дональд Трамп выигрывал на трёх и двух президентских выборах соответственно, — теперь рассматриваются партийным руководством как территории, которые, вероятно, придётся уступить демократам.
Это признание прозвучало на закрытых встречах республиканских сенаторов и в отчётах Национального республиканского сенатского комитета (NRSC).
Суть проблемы: NRSC снимает финансирование с двух штатов
На закрытой встрече в среду председатель NRSC сенатор Тим Скотт представил республиканским сенаторам обновлённую карту приоритетных расходов. В список вошли Мэн, Огайо, Мичиган, Аляска, Техас и Нью-Гэмпшир. Северная Каролина и Джорджия в этом перечне отсутствовали. Это стало самым ясным сигналом того, что партия де-факто деприоритизировала две гонки, которые ранее считались критическими для удержания большинства.
В Северной Каролине республиканский кандидат Майкл Уотли, бывший глава Национального комитета Республиканской партии, стабильно отстаёт от демократа Роя Купера — бывшего губернатора штата. Опросы дают Куперу преимущество в пять и более процентных пунктов, а один из опросов Carolina Journal показал разрыв в 15 пунктов (49% против 34%).
Уотли назвал этот опрос «мусорным» и заявил, что «все остальные опросы показывают сокращение разрыва». Однако даже республиканские стратеги в частных беседах признают: «Я не знаю, какой путь есть для Майкла. Разве что Купер полностью оступится».
В Джорджии конгрессмен Майк Колинз пытается отобрать место у демократического сенатора Джона Оссоффа. Кампания Колинза направила союзникам меморандум с просьбой о дополнительной помощи, утверждая, что «каждый десятый избиратель всё ещё не определился» — в основном это люди, поддержавшие Трампа в 2024 году, но пока не готовые голосовать за Колинза. The Cook Political Report перевёл рейтинг гонки в Джорджии из «склоняется к демократам» в «вероятный демократ».
Реакция партии: отрицание и денежные вливания
Официально республиканское руководство отрицает сдачу позиций. Тим Скотт назвал сообщения о деприоритизации «чепухой» и заявил, что продолжит работать с обоими кандидатами. Пресс-секретарь NRSC Джоанна Родригес назвала публикацию Politico «полностью сфабрикованной» и потребовала её отозвать.
Однако действия говорят громче слов. Один из республиканских суперпаков, Old North Action, сократил резервирование рекламы в Северной Каролине примерно на треть. Партия вынуждена тратить колоссальные средства на защиту даже глубоко «красных» штатов: в Техасе инвестиции превысили $100 млн.
Лидер большинства в Сенате Джон Тун сформулировал оборонную логику предельно откровенно: «Мы возводим большую стену вокруг всех наших кандидатов. Есть встречные ветры, с которыми мы сталкиваемся во всех гонках по стране».
Трамп и вице-президент Джей Ди Вэнс попытались лично переломить ситуацию: оба недавно посетили Северную Каролину в рамках первых предвыборных поездок после партийного съезда. Тун провёл сбор средств для Колинза в Атланте вместе с губернатором Джорджии Брайаном Кемпом.
Более широкий контекст: карта рушится не только в двух штатах
Проблемы республиканцев не ограничиваются Северной Каролиной и Джорджией. Cook Political Report одновременно сдвинул рейтинги трёх гонок в пользу демократов: Джорджия стала «вероятным демократом», Канзас — «склоняется к республиканцам» (вместо «вероятный республиканец»), а Южная Каролина — «вероятный республиканец» (вместо «надёжный республиканец»).
В Канзасе пастор Адам Гамильтон, баллотирующийся впервые, бросил вызов сенатору-республиканцу Роджеру Маршаллу. Трамп назвал Гамильтона «радикальным левым лунатиком», а Вэнс лично приезжал в Канзас, чтобы поддержать Маршалла. Сам Гамильтон отреагировал на это так: «Моя первая мысль была: ничего себе, они, должно быть, действительно напуганы. Они отправили второго по могуществу человека в стране в Олейт, Канзас, чтобы атаковать меня».
В Техасе демократ Джеймс Таларико опережает республиканца Кена Пэкстона: последний опрос Marist дал Таларико 50% против 44% у Пэкстона, причём среди независимых избирателей разрыв составил 20 пунктов. Пэкстон, которого Трамп активно поддерживает, сам признал в эфире Fox News: «Я не думаю, что мы сможем удержать большинство, если не удержим Техас. Мы нуждаемся в помощи!».
В Айове демократ Джош Турек идёт наравне с республиканкой Эшли Хинсон — в штате, который Трамп выиграл с 56% голосов.
Тактическое отступление или системный сдвиг?
Внутри республиканского лагеря нет единства в оценке происходящего. Формально NRSC продолжает заявлять, что борьба за оба штата не окончена, а официальные представители партии обвиняют СМИ в фабрикации нарратива о сдаче позиций. Однако закрытые встречи и перераспределение денег указывают на обратное: партия переходит к обороне в традиционно республиканских штатах вместо наступления в спорных.
Настроения в партии отражают растущее разочарование. Сенатор Джон Кеннеди из Луизианы, обычно лояльный партийному руководству, публично раскритиковал приоритеты: «Я гоняюсь за моим другом сенатором Туном, как будто он украл День благодарения, с тех пор как мы приняли «Один большой красивый законопроект», чтобы сделать больше по стоимости жизни, потому что мы не сделали ни черта. И это сейчас кусает нас за задницу».
По его словам, рядовые американцы «не волнуются о том, довольны ли футбольные тренеры… они волнуются о стоимости жизни».
Республиканская партия вступает в финальную фазу промежуточных выборов с картой, которая рушится быстрее, чем кто-либо ожидал. Северная Каролина и Джорджия — не просто два штата. Это индикаторы более глубокого сдвига: экономическая усталость, рекордные цены на дизель, непопулярная иранская война и падающий рейтинг Трампа (32–33% одобрения) превращают даже надёжные республиканские территории в зоны риска.
NRSC снимает деньги с двух ключевых гонок не потому, что сдался, а потому, что вынужден защищать то, что ещё можно защитить.
Потеряют ли республиканцы Северную Каролину и Джорджию? Опросы и партийные решения говорят, что, скорее всего, да. Сколько ещё «красных» штатов последуют за ними?
