ТЕГЕРАН (ИА Реалист). Цены на нефть резко взлетели после того, как Иран впервые с момента заключения апрельского перемирия нанёс массированный ракетный удар по территории Израиля.
Эскалация, произошедшая в ночь на 8 июня, стала прямым ответом на атаку израильской авиации на южные пригороды Бейрута, где расположены объекты поддерживаемой Тегераном группировки «Хизбалла».
Стоимость барреля Brent подскочила до $97, полностью нивелировав надежды инвесторов на скорое прекращение конфликта и открытие стратегического Ормузского пролива, через который проходит пятая часть мировой нефти.
Ракетный обмен: от Тель-Авива до Исфахана
Вечером 7 июня Корпус стражей исламской революции (КСИР) выпустил по территории еврейского государства несколько серий баллистических ракет. По данным израильской армии, всего зафиксировано три залпа, насчитывающих 10–11 ракет. Системы ПВО «Железный купол» и «Стрела» сработали эффективно — все цели были перехвачены, жертв и серьёзных разрушений удалось избежать.
Уже утром 8 июня последовал ответ Израиля: самолёты ВВС нанесли удары примерно по десяти военным объектам в центральной и западной частях Исламской Республики. В Тегеране, Исфахане, Кередже и Тебризе были слышны взрывы.
Иранские государственные СМИ подтвердили факт атаки с воздуха. Причём впервые с начала войны под удар попал энергетический объект — нефтехимический комплекс «Машхор» на юго-западе Ирана, которому, по данным полуофициального агентства Fars, причинён ущерб.
Нефтяной шок: цены взлетели до $97
Мировые рынки отреагировали немедленно. Котировки нефти пошли вверх с открытием азиатских торгов. Пиковые значения в понедельник утром были зафиксированы на уровне $96,47–97,33 за баррель Brent и порядка $94 за баррель WTI. По итогам первых часов торговой сессии рост Brent составил около 4,4%, а WTI — примерно 4,5%.
Эти скачки нивелировали падение цен на прошлой неделе, которое было вызвано растущей надеждой на мирное соглашение между Вашингтоном и Тегераном. Цены на нефть выросли более чем на 50% с начала войны 28 февраля. В марте Brent кратковременно превышал $120 за баррель.
Ливанский узел: главный раздражитель для Ирана
Одной из главных причин нынешней эскалации эксперты называют возобновление боевых действий в Ливане. Накануне Израиль нанёс удары по южным пригородам Бейрута, которые он называет «цитаделью Хизбаллы».
Иранское руководство напрямую связывает прекращение огня на ливанском фронте с возможностью заключения мирного договора с США. В Тегеране неоднократно заявляли, что перемирие с Вашингтоном «однозначно означает прекращение огня на всех фронтах, включая Ливан».
Израиль же, напротив, официально объявил о начале наземной операции на юге страны и потребовал от «Хизбаллы» отойти за реку Литани.
Боевые действия на севере Израиля стали тем фактором, который иранский парламент и командование КСИР используют как оправдание для нарушения шаткого перемирия, установленного ещё 8 апреля.
Тупик и растущая премия
Очередной раунд эскалации между Ираном и Израилем отбросил перспективы мирного урегулирования далеко назад. Несмотря на голословные заявления Трампа о том, что «сделка близка», рынки оценивают вероятность долгосрочного перемирия как крайне низкую.
Даже если соглашение между Вашингтоном и Тегераном будет достигнуто, аналитики предупреждают, что нормализация поставок через Ормузский пролив займёт месяцы: необходимо разминирование фарватера, ремонт повреждённой инфраструктуры и постепенный вывод на проектную мощность нефтяных полей.
Потеря физических объёмов нефти из-за блокировки пролива уже носит необратимый характер, а попытки ОПЕК+ нарастить добычу нивелируются неспособностью участников сделки реализовать квоты в условиях войны и санкций.
В такой ситуации нефтяной рынок продолжает торговаться в зоне высокой неопределённости, и каждое новое боестолкновение будет добавлять к цене барреля новые десятки долларов геополитической премии.
